«Сотворение – это вера, а эволюция – наука»?

Флорин Мокану
Перевод: Екатерина Петрюк, под ред. Алексея Калько (creationist.in.ua)
Переведено с разрешения creation.com

Присоединяйтесь к нам на Facebook!

Нажмите «Нравится», чтобы первыми узнавать о новых статьях

Возможно, вы уже слышали эту фразу раньше. И это действительно верно, но лишь наполовину. То, что «сотворение – это вера» – действительно правда. Как христиане, мы утверждаем, что сотворение на самом деле является предметом веры. Мы принимаем на веру то, что Бог сотворил этот мир, и не можем иначе. Никого из нас ещё не было, когда он появился, поэтому мы можем полагаться только на Божьи слова, или, точнее на Его Слово.

Библия также учит, что сотворение – это предмет веры. В Евреям 11:1 говорится, что вера есть «осуществление ожидаемого и уверенность в невидимом». И что же первое в списке того, что нам необходимо принять на веру (см. 3-й стих)? «Верою познаем, что веки устроены словом Божьим, так что из невидимого произошло видимое». Вот оно! Как христиане, мы признаём, что верим в сотворение – это утверждение веры. Да, есть много научных фактов, которые убеждают нас в том, что наша вера соответствует реальности, но основывается она прежде всего на Слове Божьем.

Да, есть много научных фактов, которые убеждают нас в том, что наша вера соответствует реальности, но основывается она прежде всего на Слове Божьем.

Однако я не могу сказать, что и вторая часть утверждения: «… эволюция – это наука» также верна. Да, это то, во что эволюционисты хотят, чтобы мы верили; да, это то, чему они учат наших детей в школах; да, это то, что они преподносят как истину в фильмах и телепрограммах. И всё же, эта часть утверждения просто неверна.

Зачем я говорю такие вещи? Неужели я хочу совершить академическое самоубийство? Наоборот, моя академическая подготовка сделала это для меня совершенно ясным. Пройдя двухлетний курс клеточной биологии, я особенно отчётливо осознал, насколько сильной должна быть вера, чтобы поверить в эволюцию. К примеру, фраза «просто так случилось, что…» совершенно не подходит в качестве убедительного научного объяснения того, как появился код ДНК. Я и раньше слышал об эволюции, поддерживаемой серией «фантазий», но всё же был шокирован, когда услышал их на занятиях курса клеточной биологии.

Вера эволюционистов

Вспомнив 11-ю главу Послания к евреям, я подумал о том, что этот текст применим не только к вере в сотворение, но также и к вере в большой взрыв и другие эволюционные гипотезы. Как бы звучала 11-я глава Послания к евреям в «эволюционной стандартной версии»?

Вера же есть осуществление ожидаемого и уверенность в невидимом. За неё похвала древним.

Верой мы познаем, что Вселенная была сформирована Большим Взрывом, так что из невидимого произошло видимое; верой мы принимаем, что Вселенная произошла из ничего.

Верой мы знаем, что звёзды образовались из газовых облаков. Верой мы признаем, что тяжёлые элементы сформировались из звёзд, которые взорвались; мы с гордостью утверждаем, что все мы – «звёздная пыль» и «сыновья звёзд».

По вере мы утверждаем, что первая жизнь возникла в химическом супе, хотя нет никаких геологических доказательств, что этот суп когда-либо существовал.

На веру мы принимаем то, что генетический код появился как результат бессмысленного и неуправляемого процесса химической активности, что закодированная информация исказилась многими ошибками копирования, что привело появлению новых, более приспособленных типов организмов.

А без веры и воображения невозможно постигнуть эволюцию, потому что всякий, изучающий эволюцию, должен верить, что она действительно произошла, поскольку ни один настоящий учёный не сомневается в этом.

Верой мы утверждаем, что «настоящее – это ключ к прошлому». В действительности, мы не знаем, что было в прошлом, но эта вера дает нам возможность игнорировать факты, свидетельствующие о Всемирном Ноевом Потопе, что абсурдно, поскольку это означало бы, что Бог судил этот мир, и что Он может сделать это снова.

Верою мы смело утверждаем, что смерть – главный герой истории, и что хуже приспособленные организмы должны были стать жертвами на алтаре прогресса. Менее приспособленный должен умереть, чтобы освободить место для более достойного – здесь нет места милосердию и заботе о слабых. Борьба за существование и смерть всегда и везде: так было, есть, должно быть и всегда будет.

Верою принимаем то, что мы – всего лишь животные. Именно случайные мутации и естественный отбор привели к нашему появлению где-то 100 000 лет назад и сделали нас способными изучать наше эволюционное прошлое. Мы здесь ненадолго – пострадаем немного, а затем умираем.

И что ещё сказать? Мне не нужно много говорить о тех, которые уже умерли: они умерли и похоронены, а химические вещества, когда-то составлявшие их тела, снова вошли в природный цикл. Что же касается их дел, независимо от того, правильны они были или нет, несли справедливость или были несправедливыми, были ли эти люди мужественными или трусами, насиловали ли женщин или были верны мужьям, хорошо воспитывали своих детей или напротив, плохо обращались с ними, помогали ли другим или издевались над ними, изобрели ли новые лекарства для исцеления людей или наоборот, творили геноцид – всё это не имеет никакого значения, так как нет воскресения мертвых, нет и последнего суда. Все они мертвы, и очень скоро мы последуем за ними. Нет смысла во Вселенной и в жизни нет цели.

Пройдя двухлетний курс клеточной биологии, я особенно отчётливо осознал, насколько сильной должна быть вера, чтобы поверить в

Свидетельство очевидца против фантазий

Убеждённость в креационистской модели, конечно же, действительно основывается на вере, ровно так же, как и эволюционные убеждения. Однако, эти две веры не равны между собой: одна основывается на постоянно меняющейся системе умозаключений, «научных догадок» и «просто» историй (которые иногда даже противоречат логике и известным научным принципам1), другая – на исторической летописи, вдохновлённой Создателем, Который, разумеется, присутствовал при этих событиях. И эта летопись свидетельство прекрасно согласуется с миром, в котором мы живём и который познаём.

Примечание

  1. Например, живое не возникает из неживого. Информация не возникает посредством исключительно естественных процессов.Назад к тексту

Комментарии

Бил Р. из США написал:

Меня всегда возмущает, когда люди противопоставляют науку и религию. Ведь они основаны или должны быть основаны на совершенно разных принципах и ни в коем случае не должны умалять одна другую. Теория эволюции опирается на факты и выводы, основанные на этих фактах. Теория действительно представляет собой наилучшую совокупность выводов, основанных на имеющихся ископаемых. Итак, учёные переоценивают свои выводы? Несомненно. Слишком часто я видел, как учёные пытаются утверждать, что «эволюция – это факт». И это верно, но в ограниченном смысле. Механизм естественного отбора непосредственно наблюдался как в природных условиях, так и в лаборатории. Таким образом, корректно утверждать, что природный отбор является наблюдаемым фактом. Глобальная теория эволюции, под которой я подразумеваю объяснение всей истории палеонтологической летописи, не является фактом, но это очень хорошая теория. Хорошая теория – это максимум, доступный науке, и потому несправедливо называть её «всего лишь теорией». С другой стороны, всё, что я прочитал о научном креационизме – это не наука, а ряд аргументов, призванных убедить человека принять определённое заключение. Суть в том, что научный креационизм – это не наука. Поэтому... не должно быть дебатов о том, что правильно, а что нет. Первое – это наука, второе – вера, они совместимы и не должны враждовать. Одна из моих любимых цитат (не знаю автора): «Я помню то время, когда проповедники не занимались наукой, а ученые не проповедовали». Учёные неправы, преувеличивая свою значимость, а креационисты, утверждая, что-то, чем они занимаются – это наука.

Филипп Бэлл отвечает:

Вы сказали, что теория эволюции «представляет собой наилучшую совокупность выводов, основанных на имеющихся ископаемых», и что это «очень хорошая теория». Нигде в этой статье или на этом сайте вы не могли прочитать, что эволюция это «всего лишь теория». Наоборот, уже долгое время это входит в список аргументов, которые мы не советуем использовать.

Однако, знаете ли вы, что многие эксперты-палеонтологи на протяжении многих лет признавали, что летопись окаменелостей не предоставляет лучших доказательств эволюции, как в этом уверены эволюционисты? Наиболее известный из них, покойный Стивен Джей Гулд писал: «крайняя редкость переходных форм в летописи ископаемых останков продолжает быть профессиональным секретом палеонтологии. Эволюционные деревья, которые украшают наши учебники, имеют реальные данные только на концах и в узлах своих ветвей; всё остальное — лишь предположения, пусть и разумные, но не подтверждённые ископаемыми останками … куда бы мы ни смотрели, виды не возникают путём постепенного преобразования предков; они появляются сразу и "полностью сформированными"». (Evolution’s erratic pace, Natural History 86(5):14, май 1977 г.). Он не изменил своего мнения до самой смерти.

А вот более недавнее признание: «Филогенетика высших видов животных – горячая тема … Итоговый филогенетический лес отчётливо обнажил одну вещь: никогда раньше мы не сталкивались с такими очевидными разрывами между строениями тел ближайших родственников. За исключением редких случайных открытий из летописи ископаемых, можно предположить, что многие или большинство из этих разрывов останутся навсегда. Наше воображение является единственно доступным мостом через эти разрывы, и похоже, никуда не спрятаться от того факта, что наши сценарии эволюции строения тела навсегда останутся неуверенно сбалансированным на тонком лезвии между фактом и фантазией». (Рональд Дженнер, цитата из опубликованного лекционного материала: «Помните о разрывах: факты и фантазии в реконструкции эволюции строения тела животных», Natural History Museum, Лондон, 29 июня 2012 г.) И чтобы никто не мог предположить, что этот человек – креационист, помимо занимаемой им позиции Британском музее естественной истории, доктор Дженнер является редактором эволюционного журнала The Systematist, членом мовета и секретарём Европейского общества эволюционной биологии развития, а также членом консультативного совета Международного общества морфологии беспозвоночных. Естественный отбор – это то, против чего у нас нету возражений. Действительно, он играет важную роль в креационной биологии, особенно в быстром видообразовании после Потопа. Однако естественный отбор не является творческим процессом, он лишь выбирает (как говорит само его название) из существующего набора генетической информации. Без убедительного объяснения (на основании генетических механизмов), каким образом возникает не существовавшая ранее специфическая сложность, естественный отбор абсолютно не помогает эволюции; и всё больше ведущих эволюционистов признают, что стандартная неодарвинистская теория потерпела провал (см., например, тут). Вот еще одно недавнее признание: «Хотя естественный отбор и объясняет изменение видов в течение времени, объяснить происхождение новых видов оказалось намного сложнее. Фактически, Дарвин в своей книге "Происхождение видов" фактически ничего не сказал о происхождении видов» (Arnold, C., The other you: The microbes living inside us don’t just play a vital role in our health—they also shape our evolution, New Scientist 217(2899):30–34, 12 января 2013 г.).

Наконец, вы говорите: «Всё, что я прочитал о научном креационизме – это не наука». Это и последующие ваши утверждения показывают, что вы не нашли времени по-настоящему проанализировать весь огромный объём фактической информации, представленной на этом сайте (которую никто не оспаривает, независимо от мировоззрения), которая гораздо более совместима с исторической летописью Бытия, чем верой в происхождение человека из молекул. Кроме того, недавно изданная книга и удостоенный наград документальный фильм (доступный на DVD), «Ахиллесовы пяты эволюции» убедительно это показывают.

Статьи по теме

Видео по теме

ПРИСОЕДИНЯЙТЕСЬ!

Наверх